Под знаком синего неба

чМБДЙНЙТ оБВПЛПЧ. рПД ЪОБЛПН ОЕЪБЛПООПТПЦДЕООЩИ

под знаком синего неба

Скачайте стоковую фотографию Деревянные полюс знак песчаный пляж белые облака моря синего неба, может Picafort, Майорке. Часть II Под куполом Вечного Синего Неба Море тогда вышло из берегов, выбрасывая лодки и корабли на крыши домов, то был верный знак беды. Скачайте стоковую фотографию Знак амазонки против синего неба с лесным фоном - из многомилионной коллекции.

Сила геральдики не в словах. Небо не помогало. Тайну Золотой Орды открыл митрополит Макарий, который переселился в Москву, он искал выход из тупика, в который завела Орду глухая междоусобица самозванцев. Громом среди бури прозвучали слова митрополита о настоящем царе, который объявился на Руси. Это известие выводило Москву из захолустья на простор геополитики.

Как видим, опять история и культура тюркского народа, опять непонятые ныне ее символы и знаки. Явившись миру рыжим безобразным младенцем, Гесер вырос в красавца богатыря, собрал племена Алтая в народ, научил обрядам почитания Тенгри. И Бог вознес его на Небо, оставив на земле наместника по имени Кесер Кср. Их, как младенцев при рождении, мазали маслом миромотсюда обряд миропомазания при короновании царя. То была часть таинства, открывавшего тайны Небесного правления, о них земные люди не ведали.

Обряд отправляло высшее духовное лицо при возведении на трон очередного потомка Гесера. Первым, кто, словно росток от ствола древа, отошел от алтайской династии, был царевич Икшваку, с него началась Солнечная династия царей в Индии. Тоже известный на Востоке факт, отраженный в санскрите: В родословной индийских царей сказано: На Беловодье, прародину царей, паломники из Индии ходили веками. Кир, алтайский царевич, сел на трон в году до новой эры, основав государство Персида Персия.

Естественно, Алтай оставался для них Родиной, духовным центром. Собственно, два эти царевича, Икшваку и Кир, начали Великое переселение народов. В IV веке оно коснулось Европы. Сюда тоже пришли всадники — наследники Гесера — со своими ордами. А после его внезапной смерти началась междоусобица — борьба за царскую корону Алтая. Предшественников Карла, Меровингов, хоронили в царских курганах и по алтайской традиции, с конем.

Да и сам Карл со своими женами жил по тюркским обычаям. Есть сведения, будто себя он называл каганом и царем. Иных титулов не признавал.

Показательно, его короновал папа римский, полностью исполнивший обряд возведения во власть по-тюркски, с миропомазанием Но здесь уже своя — другая! Молодой человек прославился, когда собрал ватагу морских разбойников и стал грабить прибрежные города Северной Европы. Да-да, Рюриковичей, тех самых, предков Ивана Грозного, они были царской крови, хотя и не первого колена.

Очень важная для Москвы информация. Маджара - Мишара - Мещера Эта новость — что глоток живительной влаги в пустыне незнания Историю Рюрика на Руси не помнили или, по крайней мере, не вспоминали, иначе бы сделали вывод раньше. Тут тонкое знание существа дела и показал московский митрополит Макарий, человек большого ума, блестящий знаток не только тюркских, но и западных правил жизни, он вывел юного Ивана Грозного на дорогу власти. По тюркской традиции следовало, что только человек царской крови имеет право на власть в Золотой Орде, а значит, и право на ее земли.

Таким человеком представили московского князя. Чтобы стать законным царем, ему не хватало лишь одного — патриарха апа тенгричикоторый совершил бы обряд миропомазания.

под знаком синего неба

И тогда Москва назвала свою поместную митрополию патриархией — неким прообразом Русской церкви. Оно говорит о хаосе, царившем в умирающей Орде, разлагавшейся на глазах, и о той неразберихе, которая поселилась в христианской Церкви после подписания Унии в году.

под знаком синего неба

Митрополит Макарий канонизировал малоизвестных русских святых, тех, кого не знали ордынские священнослужители и Западная церковь. Так в Москве короновали настоящего царя — в традиции титула! Не сдерживаясь в выражениях, он — Рюрикович! Объявление Москвы о Русской церкви, как видим, имело дальний прицел, царь показывал серьезность своих намерений не только Золотой Орде, но и Руси, то есть Скандинавии.

Его заявление — начало серии войн со шведами и поляками, которые будет вести Россия. Для русского царя многое тогда открывалось заново. По существу, весь мир. Из переписки видно, шведский король опешил, он примирился бы с военными потерями, но пережить появление настоящего царя было выше его сил Царь по рангу выше короля и императора, он ближе к Небу, чем даже сам папа римский. Эту разницу отлично понимали все, ибо на ней строилась монархическая иерархия власти в Европе. Ошеломляющие сведения, пришедшие из Москвы, стали первой новостью на Западе.

В Москву отправились послы и посланники едва ли не всех дворов Европы, в том числе Рима. Австрийский посол отметил рыжую бороду, обритую голову и царственную осанку Грозного. Внешне очень похожий на европейских королей, своих родственников, тех, которые утратили право на царский титул, на английского Генриха II, на германского Фридриха Барбароссу и других рыжебородых монархов. Появление Русского царства озадачило всех, и особенно Римскую церковь, которая сразу же увидела опасность для своей власти над столицами Европы.

Ведь Рим, с его всесильным папой, наместником Христа, короновал королей и к тому времени считался политической столицей Европы. Теперь он это право терял. Смена географической вывески означала сигнал к атаке.

Готовились к ней тщательно: Как видим, Рим желал подчинить русского царя силой религии, он уже так поступал с другими царями Западной Европы. Назвав их королями, то есть своими слугами, папа одновременно лишал их царского титула и духовной свободы. Прием, проверенный за века. Московская Русь не была тогда еще христианскою это видно даже из бесед русского царя с легатом Антонио Поссе-вино или из переписки с польским королем Сигизмундом Августом II.

Да, она почитала Христа как сына Бога Небесного, но не Бога. Так что, не будет ошибкой утверждение, только с года, обретя царя, Москва повела собственную политику. Ее поддержала ордынская знать, светская и церковная, которая смотрела с тех пор на Ивана Грозного во все.

Еще бы — царь! Но, как известно, у любой, даже радужной, надежды изначально есть хотя бы один изъян. Над Москвой висела тяжелая туча, готовая обернуться грозой: Он ограничивал Ивана Грозного. Причем соперник тот был с еще большими правами на титул Чтобы понять глубину зреющего конфликта, важно почувствовать место Касимовского ханства в Золотой Орде. И я поехал в Касимов смотреть на исторический город, он, как мне казалось, будто нищий с благородной внешностью, тяготится своим прошлым. О предках здесь не вспоминают!

Когда-то те земли звали Маджара, или по-русски М иш а-ра, Мещера. Очень глубокий смысл несло в себе это имя Касимовское ханство лежало на левом берегу Оки — не в степи, а в лесном краю.

Орден Синего неба и белого солнца

Здесь нашли уют десятки монастырей и общин. То была земля обетованная, место уединения, сюда пришли люди, когда Орду сотрясли религиозные распри, развязанные Батыем, пришли из степи, как в укрытие, под своды леса, спасать веру в Бога Небесного. На мещерской земле вдали от глаз людских незаметно, будто сами собой, поднялись городки и деревни.

Три крепости имелось там и около пятидесяти тысяч человек населения. В праведности была их сила и одновременно слабость. Верность — основа справедливости, считали. Например, когда в средневековую Индию проник ислам, тюрки, противники перемен, ушли на Тибет, создали там заоблачное государство Гуге, где веками хранили старую веру. Те же обряды, молитвы, тот же язык богослужения. Мещера с ее лесами и болотами, с ее чистыми праведниками, в отличие от Московии, была не военной, не политической, не торговой.

Это была духовная обитель. Узы братства связывали ее с Алтаем, с заоблачным государством Гуге, с Кавказской Албанией. То была часть единого духовного института Востока. Сюда, на Кавказ, издавна ходили паломники из Великой Степи. И мещерские староверы не забывали те старые тропы.

К сожалению, со временем тот духовный институт разрушили и сравняли с землей. Российские власти сознательно подвергли его забвению. Уже и не скажет. Многое забылось, перемешалось или просто исчезло.

Менкэ Кекэ Тэнгэри - Вечное Синее Небо - Новости Монголии, Бурятии, Калмыкии, Тывы

Она собирала людей, родственных по духу, единоверцев, но уж никак не была Церковью в нынешнем понимании, хотя внешне многое у них и похоже.

Церковь — это бюджет, заложенный опять же светской властью; это штат сотрудников, говорящих от имени бога. Наконец, Церковь — это огромное имущество, земли, материальные ценности, из которых извлекают доход, на который и существует Церковь.

Всем руководила община — камаджэт кама-эт. Они верили в Бога без посредников. Жили вольно, по Божьему правилу. Молиться разрешали под открытым небом, даже в седле, лишь бы человеком двигали чистые помыслы Волю и дух ценили дороже денег и золота. Весь мир был им храмом, где куполом сияло Вечное Синее Небо — Тенгри. За исполнением адатов следил староста. Этого было достаточно для поддержания порядка в обществе мирян. С патриархом считались, но был он, скорее, не главным, а первым среди равных: Главную роль играли монастыри, опять же независимые от власти царя и патриарха, они слагали свой, особый институт духа и знаний.

Покровительствовать монастырям, создавать новые, оказывать им поддержку и помощь было священной обязанностью царей и аристократии. Эти пласты культуры Востока и желали сберечь мещерские староверы. Смиренные, они прятались, полагая, что остальной мир заблудился в грехе. Не догадывались даже, что жизнь стала иной.

Чистая вера стала не нужна светской власти Обманчива людская молва, полагающая, что победа любит старательных, нет, пример Касимовского ханства убеждал меня как раз в обратном. Ордынский хан Ширин Бехмет зачинал в Мещере те смиренные дела из самых благих намерений. Он привел из степи людей под полог леса строить новые городки и села, привел уверенно, заведомо зная, что ордынцы не пойдут в леса и болота, они, люди простора, всегда боялись леса. В его биографии любопытны детали, напрямую связанные с Крымом, без них история Мещеры не читается.

Собственно, детали и показались мне в этой истории рассыпанными зернами правды, их надо было собрать и проанализировать, ничего не добавляя, не убавляя. Тогда я и увидел, будто в розовом тумане, страну Мещеру, о которой веду рассказ. Князья Мещерские — единственные в России аристократы, чьи предки имели право вступать в брак с дочерьми крымских ханов. За что им такие почести? Без учета вышесказанного не понять. Представитель рода Ширинов, то есть Ширин-бей, был из потомственных бояр карачиимел узаконенную должность в свите хана, входил в круг высшей аристократии Крыма.

Кроме того, и это самое главное — он имел право на престолонаследие. Ветвь, указующая на их царскую кровь? Отсюда и царский титул в Касимовском ханстве, других путей у него быть не могло. Лишь через Крым или Сибирь. Ширин-бей обладал узаконенными политическими привилегиями, которые позволяли ему действовать самостоятельно. Вплоть до отделения от власти Крыма. Эта фигура вполне сопоставима с крымским ханом.

В родословной князей Мещерских нашел я ответы и на другие вопросы. Фамилия идет от местности, лежащей в нижнем течении реки Оки. Так определяет Древнетюркский словарь.

Сама собой напрашивалась мысль, позволявшая реконструировать иные события, — не в Мещере ли нашел свою тихую гавань патриарх Золотой Орды, этот скиталец, получивший отворот поворот у родственников — мусульман Крыма? По-другому и складываться не могло.

Лишь в Мещеру, к братьям по духу и крови, был его путь. Там спокойнее, чем в Москве, Казани или где-то. Я точно знал, что традиция тюркской веры определяла, патриарх — это человек царской крови, пусть даже второго колена. Обязательный потомок Пророка Гесера! Судя по фактам, так было на самом деле. После переезда патриарха апа тенгричи в Мещеру правитель юрта стал царем, ордынскую корону положили на голову хана Касима? Он и наследовал власть в Золотой Орде, когда в Крыму приняли мусульманство.

Так появился царь Касим со своим царством. Отмечу, Касим стал царем на сто лет раньше московского князя! Саму Мещеру с тех пор уже звали Касимовским царством. Не случайно же там строили храмы с истинно царским размахом Их мне надо было обязательно увидеть. Их впечатляющие размеры были не для местного прихода — для приезжих паломников Как важно было увидеть их, эти громады, передающие величие духа того забытого времени.

Недолго ходили паломники в Касимовское царство. К XV веку усиливающийся хаос в Орде обрек на гибель уютные городки староверов. Тем, сугубо политическим, актом Москва спасала храмы и всю тюркскую Церковь, точнее, ее духовный институт. Причем спасала, порой сама того не желая. Иван Грозный с первых дней царствования делал все, чтобы патриарх апа тенгричи ордынской Церкви, пусть уже и формальный, не имеющий былой власти, жил у.

Вожделенную мечту русский царь внедрял и лестью, и подкупом, и силой. В конце концов он, политик твердой руки, заставил архиереев Орды и Северной Руси признать митрополита Московского. За то признание четверо из них получили право носить белый клобук патриарха — высший знак в церковной иерархии тюрков. Сегодня это кажется абсурдом — четыре главных священнослужителя, от которых пятый патриарх!

Еще одной победой Москвы в сложной теории власти. К окончательной победе она пришла через опричнину, ссылки и удушения священнослужителей. Было ли то безумием, как трактуют события современные историки?

Но именно такая жесткая, продуманная до мелочей политика помогла добыть царский титул и сделать его у московского князя не просто законным, а обязательным. Это очень важно отметить. Царь, данник Крыма, становился как бы главой Церкви, он мог вмешиваться в ее дела. Начало согласию русских священнослужителей положил Церковный соборгде приняли Стоглав — кодекс норм жизни духовенства и его отношений со светской властью.

Документ узаконил передел ордынской Церкви в пользу Руси и Ивана Грозного.

Товарный знак № кусок синего неба

В ответ благодарная власть для каждого из духовных владык выстроила в Москве палаты с храмом, ему принадлежащим, каждому назначила земли, доходы, милостыню.

Резиденцией владыки Сарайской епархии стал Крутицкий монастырь, что на берегу Москвы-реки, там устроили подворье, куда приезжали священнослужители со всех земель бывшей Орды, те области Москва уже считала своими.

По царскому же праву затевала она военные походы на Касимов, Казань и Астрахань, а также на Кавказ — вотчину Албанской церкви Царь Иван IV опричниной расколол страну, политикой поделил ордынскую Церковь, а весь благочестивый народ Орды — на русских, людей Рюриковичей, и на татар, сторонников Чингизидов.

Как горячим ножом резанул. Зато это позволило государству — законно! Государство и народ навечно стали врагами. Татар, вернее староверов, в Орде было абсолютное большинство, их начали уничтожать, чтобы укрепить новую власть — московскую.

Уничтожали масштабно, тысячами, отправляя карательные отряды в татарские земли. На географической карте сохранилось немало следов политики тех лет. Иные следы сохранились до деталей. Мещера — это страна, покрытая шрамами. Но в стремлении укрепить свое право на власть царь не видел подданных, не слышал эха своей политики, не думал об отзвуках своих кровавых дел. Историки отчаялись понять мотивы его поступков.

Он и сам не понимал, где враги, а где друзья. Еще бы, против него были брошены лучшие силы ордена иезуитов. Посланники папы проникали в среду самых доверенных людей. Исподволь, будто бы сама, в русском государстве вызревала Смута, умело посеянная иезуитами. Но врагов видели не в Кремле — в Касимове. Незримая мера силами Москвы и Касимова шла до года, Русь не сразу взяла верх в том состязании, она долго и коварно вынуждала принять ее условия.

Лишь вконец разорив и измотав всю Мещеру, Москва заставила касимовского царя перейти к ней на службу. Нельзя передать те чувства, что испытывал гордый пожилой человек, которого взяли прислуживать самовлюбленному русскому царю. Благо не долго тянулась мука. После скорой смерти несчастного службу в Москве понес его сын, Саин Булат, о чем известно чуть.

Однако выше московских бояр и удельных русских князей. Два царя обязаны были мирно ужиться в Кремле — оба наследника понимали: А страсти закипали порой неожиданно, там, где никто их не ждал.

При Юрии о том не знали. Вернее, знали совсем иное Мещерский Городок стоял на дороге, по которой русские князья ездили за ярлыками на княжение. Той дорогой ордынские баскаки возили дань со всей Руси. Но кто-то в Кремле старался сохранить чистую память об Орде, а кто-то — наоборот, быстрее удалить ее, что порой служило причиной конфликтов.

Они помнили адат, что прошлое изменять нельзя, за этот грех следует кара Божья. Так, если сказитель что-то неверно говорил о предках, ему отрезали язык или голову, таков был обычай. Покой предков не тревожили, в этом появлялась едва ли не самая глубокая черта морали тюркского мира. Но в Москве не все желали помнить об. С глухого шепотка, с нехитрых легенд начиналась подмена общественной морали.

Власть училась обманывать себя и народ настолько, насколько заблагорассудится правителю. Это и есть фальсификация истории, тогда началась она в московских землях. В Москве, конечно, знали старинное имя Касимова — Кызы-Кирман. Города с таким названием известны в Великой Степи: Кызы-Кирман — это ворота в Мещеру, одна-единственная дорога сюда из Орды, вот смысл, что стоял за старинным топонимом. Для степняка это звучало предупреждающе, он знал: Касимов оказался интересным для географа.

Столь ли важно, где стоит город? Они более древние и относятся к периоду Великой Степи, граница которой на севере шла как раз здесь — по Оке и Москва-реке. Цепь курганов — это след древней границы. Для маркировки территорий порой возводили ложные курганы. Выходит, основать город на левом берегу Оки могли лишь те, кто пересек границу, то есть покинувшие Орду Город основали, чтобы наладить и держать переправу! А если так, то история города Касимов и Мещеры на-чалась-таки с репрессий Батыя.

Юрий Долгорукий тут ни при чем, это точно, он бы просто не добрался сюда — по болотам и бездорожью. С падением Орды городок на Оке запустевал, он уже стоял в стороне от политики, и Москва взяла правителя Мещеры к себе на службу, чтобы приблизить и нейтрализовать конкурента. Не имея выбора, разоренный касимовский царь сам пошел в кабалу Служа в Москве, Саин Булат не проявлял себя ни победой, ни поступком, ничем, хотя участвовал в Ливонской войне — Он просто не умел властвовать, его никто не научил этому!

Насилие, ложь были ему чужды. В сердце он носил то, что ему было дорого На него не обижались, ему прощали. Простили и поражение при Лоде, где ведомое им наемное русское войско было разбито наголову. Иван Грозный не давал волоску упасть с его бороды, берег. А в июле года Саин Булат принял московскую веру и через два года стал уже русским царем Симеоном Здесь потребуется новое пояснение. Со времен хана Берке брата Батыя некоторая часть ордынцев приняла ислам, но среди них касимовских ханов не.

Они бы не стали царями: Да, в Орде был ислам, это бесспорно. Но дореформенный, а не тот арабский, что укоренился ныне в Поволжье. Так, в ярлыке на правление, что дал мусульманин ордынский хан Узбек русскому митрополиту Петру, говорится: Этот загадочный хан выдал свою сестру замуж за русского князя. Что тоже говорит о многом пытливому исследователю. Молились лицом на Алтай. Измаил, Сеид, Салтан и. Отличие тенгрианства от ордынского мусульманства едва ли заметно.

Иначе быть не могло. Там и там — Единобожие, там и там — те же религиозные символы, те же имена, те же обряды, что не удивляет. А скорее убеждает в том, что речь шла о единой духовной культуре одного и того же народа — тюрков. Известно, что вера, в отличие от религии, меняется медленно.

Несогласия среди верующих начинают политики, которые ради своих интересов стравливают людей разных конфессий. По крайней мере Золотая Орда не знала таких жестоких религиозных войн, как, скажем, в Западной Европе Стычки бывали, не без. А после Стоглавого соборакогда в религию Орды грубо вмешалась политика, и на востоке Европы изменился прежний порядок вещей.

Если бы царя крестили как иноверца, обряд крещения занял бы месяцы, таково правило. А тут была именно воля политики — его крестили, потому что Кремль решил женить Саин Булата на дочери боярина Мстиславского. Это уже интрига, истоки которой до конца не поняты и. Конечно, то была политика, в самом естественном ее виде Словом, и в крещении, и в женитьбе не был самостоятелен царь Симеон, волею Судеб ставший щепкой в водовороте новой жизни.

Он не знал, что творится, и не хотел понимать, демонстрируя безропотную покорность даже на крутых поворотах своей судьбы. Человек другой морали понимал мир по-своему, не по-московски. Его поступки говорят сами за. Он не мог взять власть, которая по царскому праву принадлежала ему одному. Осенью года в Москве случилось что-то необъяснимое: Каждый боярин, каждый извозчик ломали голову в поисках причин его ухода, естественно, люди связывали уход царя со своею собственной судьбой.

Менкэ Кекэ Тэнгэри - Вечное Синее Небо

И историки последующих поколений терялись в догадках. Версий надумано много, но стоят ли что они, если эпоха царя Симеона не сохранила документов? Достоверны два-три второстепенных текста. О чем можно тут рассуждать? Историю царствования он переадресовал зарубежным авторам, со слов которых мы и знаем о событиях эпохи Ивана Грозного.

Великий российский историк абсолютно прав. А Иван IV ловчил. Явно ловчил своим уходом из Кремля. Заметьте, он не просто уходил, он подставлял суду Божьему своего напарника! Все знали, царь жизнью отвечает за беды в стране. Но ужасно хотели посмотреть. Возможно, все было совсем не. Царь занемог, у него начались приступы странной болезни, свидетельствовавшие о том, что его медленно травили. И он почувствовал. Факт отравления доказан криминалистами! Повторяю, в Средневековье отношение к вере, к власти, к поступкам было совсем иным, чем.

Только так понимали свободу в общении с Тенгри наши предки. Даже если бы сохранились документы, мы о мотивах их поступков ничего сказать бы не смогли, потому что забыта тюркская культура, ее традиции.

Казалось — оба царя, оба имели право на власть, на силу меча, но При каждой молитве слышали они эту Небесную мудрость. Естественно, все и вышло, как учило Небо. В августе года уже царь Симеон оставил Кремль, не потому что был слабее, а потому что другой — из вчерашнего дня.

Сам понял, что в Кремле душно. Его поведение, как мне показалось, походило на поведение Дон Кихота, другого Рыцаря Печального Образа, испанского, он тоже своим устаревшим благородством вызывал лишь снисходительную улыбку нового общества. На Московской Руси пороки становились нравами, а честь — помехой. Настоящее государство в государстве, где хозяина по-прежнему величали царем. Недолго лилась тихая жизнь, год подверг Москву испытаниям.

События неслись стремительно, неслись по сценарию иезуитов. После долгой и мучительной смерти отравленного царя Ивана Грозного на трон сел его сын, слабоумный Федор Иванович. А власть в Кремле захватил Борис Годунов.

И едва ли не первое, что он сделал, — лишил царя Симеона титулов и выгнал из дома. Из его маленькой Руси. Тот разбойный выпад Кремля был зарницей, вестницей бури, горе пришло, когда в Угличе загадочно погиб царевич Димитрий, последний из династии Рюриковичей. Вскоре умер бездетный царь Федор, его смерть поставила перед сложной дилеммой: На осиротевший престол претендовал лишь один Годунов, но его, самозванца, не желали духовенство, аристократия и народ.

Смута, как видим, росла не на ровном месте, ее напитывали событиями. В пылу борьбы за власть и вспомнили о царе Симеоне. Но Россия не была бы Россией, если б хоть когда-нибудь считалась с законом. Борис Годунов всех обвел вокруг пальца. Ее открыли 26 января года, когда слабоумный царь Федор был еще жив! Кремль публично отвернулся от Бога Небесного, от культуры своего народа и посмотрел на Запад.

В тот миг Московская Русь стала Россией, христианской страной Присягая царю-самозванцу, двор в один голос заявлял: Царская свита стала двулика, это тоже ее новая черта. Упоенный властью Борис был по-московски милостив, он послал своему конкуренту гостинцы и бутылку испанского вина. За мое, мол, здоровье. Тот выпил и ослеп Но даже будучи слепым, царь Симеон пугал Кремль своим законным правом на власть.

Ему вредили, как могли, каждый желал ущипнуть, уколоть. По приказу Лжедмитрия царя остригли, отправили монахом в Кирилло-Белозерский монастырь с именем Стефан. Василий Шуйский на девятый день своего царствования, велел везти старца Стефана из Кирилло-Белозерского, монастыря дальше, на Соловки.

Наконец-то сбылась мечта его жизни — о нем забыли. Последние свои годы первый русский царь провел в Москве.

В нищете и забвении. Самозванцы похоронили Закон и царский титул вместе с царем Симеоном в монастыре, что стоял на окраине Москвы. Стоял на пути из Мещеры. Москва — Касимов, г. О себе говорить трудно: За писателя говорят его книги и сплетни, на которые щедры завистники. Больше, чем написал в своих книгах, рассказать о себе не смогу, там весь я, от первой до последней строки.

Пусть читатель судит обо мне. Ее начал с вопросов: Это некая автобиография потерявшегося тюрка, который, просыпаясь после долгого сна, открывает Родину и себя Главное здесь — удивление человека, понявшего, что он тоже человек, что у него, как и у остальных людей, есть предки, есть история.

И ему не стыдно за. С открытия себя начал в году серию книг на тюркскую тему, ведь подобные вопросы волновали многих, не только. Исследовал, чтобы понять, откуда мы, куда идем Кто знает, не тот ли шаг — ступень мудрости человека? Если захотел понять ложное, что окружает тебя, значит, ты начал самостоятельно думать, вернее, анализировать известное, не так ли? А если твоему примеру последуют другие, то и у них, у этих других людей, изменится сознание, они тоже научатся отделять ложь от правды.

И нам легче будет разбираться в жизни. Думающее сообщество людей, которых объединили книги. По-моему, звучит неплохо, хотя, понимаю, это — не прозревший народ. Скорее, аристократы духа, таким еще на заре человечества Судьба уготовила роль первопроходцев.

Кто-то же должен начинать. Разумеется, о книгах я не помышлял, пока не обрел читателей. Сначала в журнальных статьях и очерках и только потом уже в книгах. Они — люди разных национальностей, живут далеко друг от друга, но нас объединило желание познать себя и мир, в котором мы живем.

Старался, как мог, вырваться из информационного вакуума, который окружает нас всю жизнь. Ведь мое детство прошло в Москве, где в силу известных причин родители никогда не говорили о нашей семье, ее прошлом, дедушках и прадедушках. Мы жили по-русски, как все в этом интернациональном городе: Это — мое детство, оно прошло в Марьиной роще, бандитском районе Москвы, где мало кому удалось избежать тюрьмы.

Дрался за себя, за друзей, иначе попал бы в шайку, где заставят прислуживать или воровать. Привод в милицию — обычное дело на нашей улице, благо отделение находилось через два дома. А как подрос, стал скупиться свободой, которую уже ценил, поэтому ушел с улицы в библиотеку.

Там, в детстве, было два мира — мы и. Эти враждующие миры окружают меня всю жизнь, такова Москва, где со времен Ивана Грозного все поделено надвое. Одно — для своих, другое — для.

Когда окончил школу, узнал, что я кумык и это плохо. То был хороший урок, поучительный. Поступил на вечернее отделение МГУ, работал и учился, закончил географический факультет и там же целевую аспирантуру. За время учебы получил еще несколько хороших уроков: Особенно когда за просто так чуть не лишили диссертации.

Оппоненты не брезговали, действовали, как лагерные Спасибо им за учебу. В научной работе я увлекся экономико-математическим моделированием освоения Сибири и Севера, почему — ответить не смогу. Может быть, мода, может быть, тоже Судьба. Правда, о древних тюрках тогда мало что знали, все говорили о величии Сибири.

До аспирантуры я работал в комсомоле и не увлечься Сибирью не.

под знаком синего неба

Впрочем, не исключено, причина — в моей жене, она родом из Караганды, в Москву приехала из Магадана, где жила с родителями Словом, выбор был сделан. Нашему секретарю райкома объявили выговор за неправильный подбор кадров, то есть за меня, рабочего парня. На бюро горкома меня не утверждали в должности, так что о продвижении по службе можно было не мечтать Чужой я для них, не свой, я не понимал этого, а они нутром чувствовали мою чужеродность.

В конце концов, должен же я был понять, за что в России ненавидят нас, тюрков? Правда, один раз не стерпел, взорвался, потому что усомнился: Написал докторскую диссертацию, но пять лет издевались над ней, не позволяя защитить.

Думал, та черная полоса на всю жизнь, свету белому не радовался. Отчаяние убивало, а это великий грех — поддаться собственной слабости. Он хочет, чтобы я стал другим. В один день бросил все и начал новую жизнь, благо писать любил и умел.

Зато явилось желанное чувство свободы, душа обрела покой. Силы вернулись, потому что вернулась надежда Но в Союз журналистов меня не приняли, в союз литераторов — тоже, хотя было три или четыре сотни публикаций в центральной прессе и за границей. На этот раз книга перечеркнула мои заслуги И все за то, что сказал правду о грубейших экономических просчетах государства при освоении Сибири. Грозила тюрьма, если бы не смерть Брежнева, после которой началась чехарда во власти.

Работа интересная, но от нее нормальные люди почему-то отказывались. Я видел расстрелянный Баку, видел, как осетины жгли дома ингушей, потом Чечню в ее печальных видах Многое повидал в Дагестане. Был заложником у чеченцев, мир их дому. Спасибо тебе, жизнь, ты учила уму-разуму. Дала возможность ездить, копаться в архивах, встречаться с интересными людьми, копить знания и крепнуть духом. Легче стало, когда узнал, что означает моя фамилия.

Это было первое познание в тюркологии: Тогда же осознал, какое это огромное счастье — иметь читателя, которому ты дорог и который дорог. Но что такое пантюркизм, никто не мог объяснить. И чем злой пантюркизм отличается от доброго панславизма, тоже никто не. Выходило, это ярлык, который в советское время приклеивали за инакомыслие.

Его печать носили те, кто освещал тюркскую историю не по московским правилам А разве любить свой народ плохо? Писать о нем — это плохо? Что делать, если ты родился тюрком от тюрка. Я ведь писатель, не любить — не умею, не писать — не могу. Мне и в голову не приходило, что в СССР люди вешали ярлыки, не понимая их смысла.

Бросались словами с легкостью, заложенной собственным же незнанием. Идею пантюркизма изобрел не тюрок, а британский разведчик Арминий Герман Вамбери, оставивший после себя книгу, которую, естественно, я не пропустил.

Этот автор, выполняя спецзадание английской разведки, в XIX веке путешествовал по Средней Азии под видом дервиша, члена мусульманского суфийского братства, и проповедовал идею Империи от Средиземного моря до Китая.

Империя будет отстаивать права живущих здесь тюркских народов, убеждал он Вроде бы полезное дело? Но прочитав книгу, понял: Как выяснилось, ее разработку и внедрение вели Королевское азиатское общество и Оксфордский университет, авторов меньше всего занимали какие-то тюрки, их история и проблемы.

Во главе угла там стояли интересы Великобритании, что даже и не скрывалось. Лондон пугала активность российской политики, ее настойчивое внимание к Индии, тогдашней английской колонии. Англичанам нужно было что-то придумать в ответ. Я понял, почему мои книги раздражают часть узбеков или туркмен, азербайджанцев или казахов, особенно в среде ученых и власть имущих. Колонизаторам не нужна правда о нашем народе, не нужны Тенгри, Умай и Аттила, им нужен пантюркизм. Что ж, пусть так Реклама Однако существующие над нашей планетой небеса зачастую имеют вовсе не синий, а голубой цвет, синева же больше присуща морским просторам.

Так что же на самом деле является объектом поклонения древних азиатских народов? Имеются все основания утверждать, что этим священным местом является зазеркалье безбрежной и синей глади озера Байкал! Совсем не случайно этот цвет сохранился на знамёнах и в гербах таких республик как Монголия и Республика Бурятия, на флаге Внутренней Монголии, в гербе Тувы, на флаге Усть Орды, на флаге Агинского округа, на флаге и гербе Калмыкии.

Позднее имя сверкающего льда и булата носили ещё несколько представителей монгольской династии Юань, управлявшей Китаем на протяжении лет.

Имя Хаана Бату, сразу после смерти Хана Гуюка добровольно уступившего трон Повелителя Империи своему старшему брату Мэнке и правившего русскими уделами из волжской столицы Сарай, переводится как твёрдый, холодный и чистый, а именно таким по характеру и был Бату. Но данные ассоциации связаны с необыкновенно прозрачным и прочным байкальским льдом. Присвоив самому себе синоним Титула священного озера Чингис, Тэмуджин становился не только Повелителем живых, но и беспредельным властителем душ почивших предков, что внушало всем племенам и народам неописуемый ужас и обеспечивало беспрекословное подчинение скотоводов, имевших единое представление о потустороннем мире.

Если человек мочился в какой-либо водоём, монголы на месте отрубали ему голову. Формирование веры в преклонении зазеркалью и поклонение духам начались с того момента, когда человек увидел отражение своего лица в спокойной воде. Чтобы современному человеку заглянуть в этот потусторонний мир, ему достаточно лечь навзничь на пологом берегу и максимально запрокинуть голову. Ещё проще - взять и просто перевернуть видеокамеру, снимая потрясающую панораму вечности. Не случайно археологи находят в древних захоронениях перевёрнутые пустые горшочки, которые являются символами горы и потустороннего царства.

На последних страницах этого интереснейшего произведения автором приведён диалог Чингиса с его девятью ближайшими сподвижниками, которые оказали ему поддержку в начальный период создания государства.